Ушедший троллейбус - эротические рассказы (порно рассказы)

Предыстория у меня одна действительно была. Удовлетворено давно, правда, но иногда вспоминается, екает серд-це, немножко мутит, становится горячо в животике, а вскоре горько в горле. Так вот, у меня была подруга в инязе еще, из противоположенной группы. У меня был денек рождения на носу, в выходные. А она (ее приглашали Оксана, то есть, конечно, и в эту секунду зовут), была из пригорода, и на выходные из Нижнего уезжала, и хоть заранее не принято поздравлять, все порно рассказы лесби же подумала меня поздравить. У нее не было, ка-жется, последней пары и она, оказывается, повела и сбегала бутылку вино (у нас в Нижнем, кстати, прекрасное красное вино делают) и торт. А позже моей пары меня встретила, предлагает и подмигивает отметить. Во-от, значит. Поехали мы с Ксюхой ко мне, настроение было приятное, всю дорогу в автобусе общались без умолку, на улице солнце, пташки щебечут, середина мая, и не подобная как в этом году!

Лесбиянка соблазнила подружку на секс порно рассказы

Лесбиянка соблазнила подружку на секс порно рассказах

Пришли мы ко мне (я второй год уже квартиру снимала), развалились на софе и начали с журнального стола торт есть и шампанским запивать. И так здорово нам сделалось!!! Как знаешь, случается в апогей дружбы с кем-то, подобная близость. Мы давай всякие случаи вспоминать, в основном, амурные, которые и мы с ней обе помни-ли, и по отдельности испытывали, раньше, до знакомства, мужиков всяких, — повздыхали, похихикали. Пузырь-ки уже в голову порядочно ударили. И она мне тут исподволь, косясь на меня, со смешочками, стараясь быть естественной, хотя без разницы, зарделась немножко, вскользь принялась рассказывать о том, как они еще в университете, классе в восьмом, читать порно рассказы, рассказы порно рассказы лесби порно рассказы лесби

Порно рассказы лесби

наверное, с одноклассницей экспериментировали. Я несколько смутилась, она догадалась это, мы пере-глянулись. и расхохотались. Мне кажется, смех оказался отличным средством от смущения, барьеры были сняты. Мы разлили еще по фужеру, и я уже полностью с другим настроением, даже с залихватством каким-то (ме-ня на самом деле все это заинтриговало) принялась намеками выпытывать, что да как. Высказывания были, в основ-ном, нераспространенные, будто: ну и мы жадно целовались, значит. а вскоре разделись. и т.п.

Свелось все, в конце концов, к тому, что мы, едва на уровне интонаций, пришли к согласию, что мы обе не прочь и в этот момент. вот также. Дальше была ужасно длинная секунда или 2, пока Оксана ставила наши стаканы на стол — жест, сам по себе, очень красноречивый. Он означал, что в эту минуту что-то будет, и я чувствовала, как я уже типа целую вечность лежу нагая и покрасневшая, хотя ни того, ни другого еще толком не успело произойти. Ксюшка ставила эти стаканы как бы ни в чем не бывало, хотя, я думаю, ей тоже было нелегко. Но она оказалась умницей, — не успели мы встретиться глазками, а этого, по видимости, как раз и нужно было в тот миг избежать, как она буквально навалилась на меня, и с глубоким вздохом, взасос с языком поцеловала прямо в губки. Прошло долгих секунды 2, наверное, прежде чем я что-то осознала. До этого мне как-то просто не до того. Я плыла по течению нашего разговора, подзадоренная выпившим любопытством и куражом. А что ж. даже не рас-скажешь. у нее подобные были упругие и мягкие и умелые губки и язычок! Мое смятение прошло, а скорее всего, затеряло значение, мне как-то уже без разницы, кто это. Я поскольку так люблю целоваться! А она так целовалась!

Но когда я на секунду приоткрывала глазка, сознание ко мне малость возвращалось, я видела Оксану, немножко снова офигевала. и меня снова уносило. Я неожиданно начали абсолютно по-новому разнюхала терпкий запах ее духов, которые мы вместе с ней выбирали с месяц до того. И самобытное чувствование — это сиськи. Она обнялась своей сисечкою к моей — мы обе были в каких-то блузочках, кажется, или я уже в домашней майке, не помню (она была, скорее всего, в мягком бюстгальтере, а я и совсем без), но помню, что сиськи ее чувствовалась очень превосходно. Я первые встретилась с ней так близко и так продолжительно. Она так мягко перекатывалась по моей. как морские буйный прилив — вот как. Я до сих пор иногда спонтанно ищу этого, прижимаясь сисечкою то к Митиным ягодицам, то к его животику. Превосходно, но далеко не то! Он у меня удовлетворённо плотный товарисч, жилистый. А еще — локоны волос. Они у нее были шелковистее и длиннее моих, хоть и похожие на мои, только посветлее. Они были как лен, и она меня ими про-сто укутала — еще одно незнакомое чувство (в сочетании с мягкими поцелуями).

Становилось все жарче, и я сама себе призналась, что у меня начинает разжиматься и сжиматься и свербеть там где надо, и это, на мгновение меня снова повергло во внутреннюю панику (что же делать?! как же это будет?). То есть, я уже не не осмеливалась, а меня больше смущала моя неловкость при подобном повороте — я так жаждала заставить себя быть раскованной, быть достойной Ксюшки, я так ею восхищалась про себя в тот миг! У меня уже немели губки, и она, как типа испытала это и перешла на мою шейку — и меня, конечно, снова на-крыло, моя обеспокоенность в новый раз испарилась. Вынырнув в следующий раз я чувствовала, как она, обхватив меня ножками, практически, сидя верхом, и все еще лежа на мне, трется об меня. Она уже далеко ушла — это было заметно. Когда она исступленно лизала мочку моего уха, я слышала как она сдавленно, в полголоса, всхлипывает и постанывает. Я тоже закипала, и начала искать самовыражения, задвигалась под ней, заерзала.

Мы начали крутиться, вертеться, хаотично поглаживая друг приятеля ручками, до боли в суставах сплетаясь ляжками, прикасаясь раздетыми животиками из-под выправившихся рубашек/блузок или чего-то там, и яростно пытаясь добраться друг до знакомого, прикоснуться ими, прижаться. Оксаночка была в широкой юбочке и колготках, ей было легче, и она, по видимости, не упустила возможность почувствовать больше чем я — в воздухе отчетливо запахло любовью, просочившейся сквозь тон-кую преграду. А я, как дура, — закована в джинсы. Наверное, мне не хватало чуть-чуть, и было это из-за джин-сов. Все! — подумала я, и отстранив Ксюху, дрожащими пальчиками с остервенением начала пытаться расстегнуть пуговку, — будь что будет,. не знаю пока едоки как понять будет, но Ксюша точно все великолепно сделает,… и я найдусь. щс взорвусь! Да, Ксюша, догадывалась что делать. Пока я, стоя, путалась в пуговке и змейке, она уже спустилась с софы на паркет и уселась передо мной на коленки. Это я тоже вижу как в замедленном фильм, она, тяжело дыша, случайно поправила прядь за ухо, ухо — ярко-розовое, щечки — пунцовые, великолепные пухленькие губки при-открыты. Она подняла на меня свои затуманенные глазки. Смысла в эту минуту в них было маловато. В моих, наверное, тоже, благодаря этому мы так открыто и с удовольствием поглядели друг другу в лицо, словно чмокнулись взасос с языком.

И тут действительно взорвалось! Только взорвалось это у меня в голове. Молнией проскочила страшная мысль, порожденная расслышанным мной звуком, негромким по сравнению с гулом пульса в ушах, но из-за своей подозрительности привлекшим внимание. В замочную скважину, позже секундного шороха прицеливания, входил ключ: тр-р-рик! Я пулей рванулась в прихожую, процедив: Козззел!

У меня малость отлегло — попытки ключа повернуться не увенчались успехом: я, оказывается, спонтанно повернула замок на 3 оборота, когда мы пришли. И я, вымещая досаду, со всей дури грохнула по деревянной дверце кулаком и заорала: Подождите! Не знаю, чего ждал этот парень, но явно не этого, и, наверное, крепко вздрогнул по ту сторону дверце. Это был владелец квартиры. Старенький пердун иногда заявлялся за чем ни-будь ( не сильно часто, но всегда некстати) и всегда норовил открыть дверь своим ключом, — то ли тупой подобный, то ли больной. Отлично, когда я дома была. И то, иногда срочно приходилось накидывать на себя что ни-будь. А когда я в университете. Мне страшно представить было, что приходило это засаленное недоразумение и, не дай бог, щупало, да как там щупало, глядело на м-о-и шмотки, кряхтя и роняя капли с носа — б-р-р-р! Какие только картины не рисовало мне мое спровоцированное воображение. Обнаруживая признаки его посещения по приходе домой, я бросалась в ванную проверять не висят ли мои выстиранные вчера трусы на полотенцесушителе, и если я их раним утречком не стянув оттуда и не уложила в шкаф, то — О, горе мне! — тщетно старалась выяснить висят ли они также, как я их по-весила или как. И в итоге: А черт их знает!, — в сердцах, бросала их обратно в стирку. Или: валяется ли в му-сорном ведре выброшенная перед прокладка или как? Валяется — нездорово, он мог ее видеть, не валяется — ужасно, он ее взял! И поскольку что характерно: когда приходили с законной супругой — они всегда звонили, а когда один. Я обернулась на мою Ксюшеньку, она усевшая, устало привались к софе и вдавливала ладони к разгоряченным щекам. Да,. жестоко нас. Я, наконец, вышла из оцепенения, закрыла дверь в комнату и отперла замок. Это чудо, не глядя на меня, прошло мимо, пробурчав что-то про взять на балконе и пошлепало туда не разуваясь спустя кухню (Это же его кухня!). Возился он на лоджии 15 минут, брякая какими-то мелкими железками, хотел, что ли, выяснить, не прячу ли я какого ни-будь женишка у себя, больно уж непривычно смотрится закрытая дверь в комнату в тесном интерьере прихожей. Он даже проходил единожды туда-сюда мимо окна комнатушки (по делу, конечно), но окошко было занавешено густо сосворенным тюлем. Мы с моим женишком по-пробовали посмеяться, да как то вяло выходило. Хмель как ручкой сняло, на смену ему неотвратимо двигалась головная боль.

Он уже свалил, а мы так и сидели. Вроде свои, близкие, а какие-то виноватые обе, хотя обе соображали, что, в принципе, все отлично. И возможно когда-то еще будет. А пока что? Чай с остатками (3 четверти) торта? Ну, конечно же, Ксюх! Я обрадовалась, появился повод к активности, спасающей стыдное состояние.

А позже позвонил Виктор, мой тогдашний boyfriend, он приехал с юга области, от родственничков, помогал сажать картошку во время майских праздников. Он был местный, нижегородский, удовлетворено красивый мальчик (да-же если в эту секунду вспомнить), и тогда, за неделю я по нему соскучилась. К тому же он приказал, что если сможет, то приедет ко мне на ночку, он тоже соскучился. В общем, я не имела оснований отказывать ему в визите. А назавтра была пятница, и если бы не этот звонок, я могла бы убедить Ксюху не возвращаться в общагу, а сходить вместе за бутылкой винца красного, приготовить что ни-будь перекусить на ужин, а далее, возможно быть. что ни-будь верну-лось бы. возможно быть. набрать теплую ванну, забраться туда вдвоем. Возможно быть. Могло бы быть. Если бы не этот звонок. А если бы не этот пидар с ключом!!!.. В общем, скоро Ксюха засобиралась в общагу (пока автобусы ходят).

А позже, нахлынула бешеная сессия, а позже — каникулы, я уехала домой, а вскоре, осенью практика в университете. В общем, к этому вопросу мы с Ней уже не возвращались, иногда намеком вспоминали в шутку, смущенно улыбались. Возможно, она вожделела забыть, а возможно, и я тоже вожделела. Тогда. Щас иначе отношусь к этому. Мы обе уже несколько лет замужняя девица: я подольше, она поменьше, дети у обеих, и т.д. и т.п. Едва не перезваниваемся, не видимся совсем. Последний раз она звонила в мае, на мой денек рождения. А тот самый Виктор в тот вечер не приехал. Не мог.

Порно рассказы лесби

Порно рассказы лесби эротические порно рассказы
<